bannerbannerbanner
Инцидент. Сборник рассказов

Алексей Николаевич Загуляев
Инцидент. Сборник рассказов

Полная версия

Волки

На вторую годовщину совместной супружеской жизни Андрей с Полиной решили не устраивать никаких пышных торжеств. В прошлом году они наприглашали кучу гостей, и в результате всё получилось не очень приятно: у Полины всю ночь ломило лицо и зубы оттого, что приходилось насиловать себя улыбкой, а у Андрея пропал из кабинета важный документ, который он забыл запереть в сейф.

Полина первой предложила отпраздновать в этот раз событие по-тихому, в самом узком кругу. Даже родителей решили не приглашать.

– Может, – промолвил Андрей, – вообще только вдвоём?

Вид у него при этом был такой, что согласись с ним сейчас Полина, то он наверняка обидится. Да ей и самой не хотелось такого чрезмерно узкого круга.

– Ну нет, – сказала она. – Это было бы странно. Давай хотя бы Наталью пригласим.

Натальей звали лучшую подругу Полины. Они с ней были ровесницы – обеим весной исполнилось двадцать два. «Лучшей» Полина считала свою подругу не потому, что это было и в самом деле так, а потому, что она была единственной, с кем удалось наладить более-менее близкие отношения.

Так получилось, что Андрей оказался старше Полины на девятнадцать лет – осенью ему стукнуло бы сорок один. И в силу этого все его более-менее близкие знакомые были представителями другого поколения, ни интересов которого, ни взглядов на жизнь Полина не разделяла. Страшно подумать, но они в детстве застали ещё последние годы существования СССР, в живую слышали Цоя, а некоторые, что постарше, вместе с особо отчаянными громили на московских улицах легковушки во время путча. Когда разговоры таких гостей заходили о прошлом, Полина совершенно переставала понимать, что их в том времени так притягивает и восхищает. На неё подобные экскурсы в прошлое навевали тоску.

Супруг её был человеком, мягко говоря, не бедным. Первоначальный капитал скопил для него отец, челноча в девяностые между Турцией и «Черкизоном». В начале нулевых, бросив учёбу в институте, Андрей продолжил дело отца, но, быстро сообразив, в какую сторону подул ветер, несколько сменил направление отцовского бизнеса – открыл швейное предприятие, которое через десять лет превратилось в немаленькую компанию. Помимо текстиля, Андрей взялся ещё за цветмет, а потом за малогабаритное строительство, так что к тому времени, когда они познакомились с Полиной, человеком он был состоятельным и серьёзным. Полина училась тогда на третьем курсе экономического, и у неё даже имелся парень, к которому она испытывала глубокие чувства. Правда, в то время о глубине этих чувств Полина ещё не подозревала. Звали этого парня Богдан. Как получилось, что Полина бросила Богдана и оказалась женой Андрея, трудно было понять и ей самой. Словно на какое-то время она ослепла и лишилась разума, и в себя пришла только на следующий день после первой брачной ночи со своим новым избранником. До этого они очень сильно поругались с Богданом. Теперь Полина не помнила во всех подробностях причин их размолвки. Но обиделась она на своего парня серьёзно. В расстроенных чувствах оказалась в ночном клубе, выпила лишнего. К ней стали клеиться какие-то незнакомые мужчины. И за девушку вступился Андрей. В свои тридцать девять он показался Полине настоящим героем из боевика – мужественные черты лица, смелость, умение преподнести себя с самых лучших сторон. Нельзя сказать, что Полина влюбилась в него с первого взгляда. Но увлеклась очень сильно. Девушкой она была красивой и неглупой. И Андрей решил – это то, что ему нужно. Один раз он уже был до этого женат. Но то случилось по молодости, прожили они с первой женой только полтора года, не успев даже завести детей. У Полины, даже если бы она и проявила строптивость, шансов уйти от настойчивых ухаживаний Андрея всё равно не было. Если Андрей чего-то хотел получить, то это он, как правило, всегда получал. Обида Полины на Богдана быстро прошла. Через неделю после знакомства с Андреем она помирилась со своим теперь уже бывшим парнем. Ей даже нравилось какое-то время это двойственное положение между вниманием со стороны Богдана и со стороны Андрея. Однако это совсем не устроило последнего. И ещё больше Богдана. Узнав о такой игре, Богдан посчитал Полину безответственной, легкомысленной и несправедливой и предложил ей определиться со своим выбором. Даже спустя два года она не понимала, что тогда на неё нашло. Но она посчитала себя чуть ли не благородной дамой, за сердце которой Богдан и Андрей непременно должны были скрестить свои копья на рыцарском турнире. Как такое вообще могло придти ей в голову?! Какие рыцари? Какие турниры? Если бы Богдан попытался соперничать с Андреем, то, как минимум, ему в итоге пришлось бы бежать из города, поскольку возможности Андрея повлиять на любую ситуацию были неизмеримо выше. Разумеется, никаких копий никто скрещивать не стал. Богдан просто затаился в новой обиде, ожидая, какое решение примет Полина, а Андрей, словно не замечая никаких помех намеченным планам, продолжал охмурять Полину своей харизмой, совместными поездками за границу и знакомствами со знаменитостями, которых имел возможность приглашать на корпоративы. Разумеется, такой активный подход оказался в итоге куда более результативным, и уже в сентябре, спустя четыре месяца после их знакомства, случилась свадьба. И с тех пор Полина больше не виделась с Богданом, не представляя, как в дальнейшем сложилась его судьба.

Институт она закончила как раз в этом году, так что был ещё один повод, помимо годовщины свадьбы, устроить маленький праздник.

– Давай Наталью, – согласился с предложением Полины Андрей. – Только это странновато будет выглядеть, если я окажусь один в компании двух очаровательных женщин. Насколько я знаю, у неё сейчас нет парня?

– Нет.

– Тогда пригласим Антона. Мне думается, он в Наталью немного влюблён, поэтому не откажется.

– Вот как? Он сам тебе об этом сказал?

– Да нет конечно. Просто мои наблюдения. Могу и ошибаться. Но ещё один мужчина нам точно не помешает.

– Хочешь вечеринку только на четверых?

– Не будем плодить сущности, – уверенно произнёс Андрей. – Я домик сниму в лесу. Там абсолютная глушь, никто нас не побеспокоит. Знаешь, как в Скандинавии. Там такие домики популярны.

– Было бы здорово, – согласилась Полина. Она и правда устала от городской суеты. И от курортов устала. Хотелось уединиться небольшой компанией где-нибудь на задворках мира и пожить спокойно хотя бы денька два.

– Тогда решено, – подытожил Андрей. – Надеюсь, что Наталья и Антон будут не против.

***

Когда Богдану стало известно о предстоящей свадьбе Полины, он долго не мог в это поверить. Надеялся, что всё это какая-нибудь шутка, целью которой было ещё больше его позлить и заставить первым сделать шаг к примирению. Когда он наконец решил проверить достоверность витавших вокруг слухов, то пришёл в ужас – Полина и в самом деле собиралась замуж! И обидным был не столько этот её отчаянный шаг, сколько выбор будущего супруга. Богдан неплохо знал, кто такой Андрей и что он из себя представляет – когда-то пришлось поработать на одном из его текстильных предприятий в охране. Это был последний человек, с которым Богдан захотел бы иметь хоть какое-нибудь дело. Делец до мозга костей, он не интересовался ничем, кроме денег и власти. Поговаривали, что метил даже в госдуму, для чего нужно было формально выйти из бизнеса, то есть, другими словами, переписать его на кого-то из близких, кому он всецело мог доверять. Неужели выбрал на эту роль Полину? Ведь есть же отец. Почему не ему? Внутрисемейная конкуренция? Возможно. Да мало ли тараканов в головах у этих людей. В масштабах области Андрей был, конечно же, мелкой сошкой. Но у всякой мелкой сошки – и это Андрей знал наверняка – амбиций, как правило, даже больше, чем у любого по-настоящему крупного игрока. Что вообще могла найти в нём Полина? Богдан слишком хорошо её знал, чтобы подумать, что и у неё был какой-то расчёт. Нет. Она была из другого теста. Поэтому поступок Полины никак не укладывался в рациональное поведение, а напротив, это казалось просто временным помешательством. Эти люди несовместимы, между ними нет и не может быть ничего общего. Совершенно ничего.

Богдан пытался дозвониться до Полины, чтобы выяснить причины её поступка, но она не брала трубку. Или занесла его в чёрный список? Он пробовал звонить с другой симки – результат был таким же. Он даже приходил к ней домой. Но родители сказали, что по этому адресу дочь давно не живёт, а что касается её выбора, то это не их дело, она девочка взрослая, пусть решает свою судьбу сама. Впрочем, они хотя бы выразили по этому поводу своё сожаление, тоже не понимая, почему Полина вздумала выходить замуж за этого страшного человека. Так и сказали – страшного. Против Богдана они никогда ничего не имели, и, если бы выбор дочери пал на него, то они искренне этому были бы рады. В отчаянии Богдан поехал к Андрею, чтобы поговорить с ним с глазу на глаз. Но встретила его только охрана. Позвонили хозяину, получили какие-то распоряжения, запихали Богдана в «джип» и, вывезя за город, избили до полусмерти.

В себя Богдан пришёл только под утро. Кое-как смог добраться до дома и потом отлёживался целую неделю, прежде чем выйти из квартиры. А когда вышел и купил новый мобильник (старый у него сломали охранники), то от знакомых узнал, что роковая свадьба уже состоялась.

Ещё больше недели он провёл в полном одиночестве, заперевшись у себя дома. С работы его, разумеется, уволили, поскольку он не появлялся там почти месяц. Нечеловеческими усилиями Богдан заставил себя жить дальше. И только теперь со всей силою осознал, насколько сильно любил Полину и насколько глупыми были причины, из-за которых они расстались. Он не знал, что ему теперь делать. Оставаться и дальше в городе, зная, что его любимая девушка находится где-то рядом, ездит с ним по одним дорогам, ходит в те же магазины, но при этом словно существует в недоступной параллельной вселенной, он не мог. Если бы остался, то не было бы никаких гарантий, что он не совершит какого-нибудь безумия, которое погубит либо его, либо Андрея, либо, не дай Бог, Полину. Необходимо было остыть и привести свои мысли в порядок. А для этого надо быть как можно дальше от этого города. Одно он знал наверняка – то, что этот брак, заключённый по неподдающимся здравому смыслу причинам, неизбежно рассыплется как карточный домик. Пусть и не сразу, а спустя годы, но произойдёт именно так. Тогда-то они с Полиной и смогут во всём разобраться. Но никак не раньше. Упрекая себя в малодушии, Богдан всё-таки понимал, что другого решения в ближайшее время найти ему не удастся.

 

Для бегства Богдан подыскал себе самый разумный способ – устроился егерем в один из сибирских заповедников. Желающих получить эту вакансию оказалось настолько мало, что его взяли без особых проблем. Помимо лицензии на оружие, у него имелся немаленький стаж работы охранником. Этого оказалось достаточно. Все нюансы ему объяснили на месте.

Через месяц Богдан вполне освоился на новой работе. Жил он в довольно приличном домике, хотя и в такой глуши, куда можно было добраться только на вертолёте. Контракт он заключил на полтора года. Времени, чтобы обо всём подумать, было более чем достаточно.

Уже к весне первого года Богдан настолько вжился в свою новую роль, что все былые страсти казались теперь если не смешными, то, по крайней мере, дикими и далёкими от разумности. Тайга накладывала свой отпечаток. Отсюда не только его прошлая жизнь, но и весь якобы цивилизованный мир виделся каким-то искажением истинных смыслов. Он, пожалуй, остался бы здесь и ещё на несколько лет, если бы не одно «но». Любовь к Полине никак не хотела уходить из сердца. Она тлела жарким угольком в душе Богдана, пульсировала, сладкими волнами разливаясь по всему телу. Отчего-то он был уверен, что всё встанет рано или поздно на свои места. Просто нужно время. И он затаился, как зверь, с этим своим чувством. Среди вековых елей и сосен, среди болот, среди звуков истинной жизни. Затаился и ждал, всё больше растворяясь в ночном небе, в запахе хвои, в шуме ветра, в криках совы и в далёком вое волков. Вместе с ним несла службу собака по кличке Рама – огромный пёс, добрый в душе и знавший лес лучше, чем любой егерь.

Так и пролетели полтора года, медленно набирая свой ход вначале и стремительно ускорившись под конец контракта.

В июле Богдан вернулся наконец в город. У знакомых и приятелей, успевших забыть о его существовании, узнал, что Полина по-прежнему живёт с супругом в его доме, что детей у них пока нет, но особой информацией знакомые, в сущности, и не обладали. До августа Богдан колесил по городу в надежде где-нибудь случайно столкнуться с Полиной. Но так ни разу с ней и не встретился. В этот раз он предпочёл не лезть на рожон, а дождаться удобного случая. Рано или поздно этот случай должен был произойти. Так оно и вышло. Но это было чуть позже, после того, как Полина, Андрей, Наталья и Антон убыли в лесной домик, чтобы там отпраздновать годовщину.

***

Оказалось, что до домика ехать больше двухсот километров. По шоссе неслись быстро, но когда свернули на лесную дорогу, то последний участок пришлось преодолевать около двух часов. Дорога долго петляла по лесу по едва заметной, поросшей травой тропе. Потом путь перегородила болотная протока метров тридцати шириной. Всю поклажу из машины пришлось перегружать в лодку, которая была предусмотрительно причалена к берегу. Вещей набралось не так уж и много: еда на два дня, бутылки со спиртным, лимонадами и водой, сменная одежда, дождевики. Андрей сказал, что всё основное и самое необходимое имеется в доме.

Хотя лодка была достаточно вместительная, вчетвером вместе с поклажей перебраться на другой берег виделось затеей проблематичной. Наталья проявляла какую-то особенную активность. То ли ей не терпелось оказаться в доме, то ли что-то не так было с её самочувствием. Её явно знобило. Она оказалась в лодке самой первой, и Андрей предложил, чтобы сначала с вещами к домику перебрались они с Натальей, а потом он уже вернулся бы за Артёмом и Полиной. Никто не придал такому плану особенного значения, и потому молча согласились с предложением Андрея. Погрузили баулы в лодку, и Андрей с Натальей отплыли.

Удалившись метров на десять от оставшейся у машины пары, Андрей посмотрел на Наталью и устало улыбнулся.

– Ну как ты? – спросил он. – С тобой всё в порядке?

Наталья поёжилась.

– Честно говоря, – сказала она, – нервы уже на пределе. Боюсь сорваться.

– Всё хорошо. Расслабься. Ты начинаешь меня пугать. Осталось пережить ночь и утро, и всё закончится.

– Время будто остановилось. – Наталья помотала головой. – Ты уверен, что яд сработает?

– Человек, который мне его дал, отличный специалист. Обещал, что всё произойдёт быстро и безболезненно для неё. И следов не останется уже через пару часов. Я ему доверяю.

– Боже! – воскликнула Наталья, уткнувшись лицом в ладони.

– Перестань! – прикрикнул Андрей. – Другого выхода у нас нет. Нужно идти до конца. Ты готова?

– Да-да. Я готова. Прости. Совсем расклеилась. Я возьму себя в руки. Обещаю.

– Уж постарайся. Не забудь только в нужное время выпить противоядие. Возможности напомнить потом не будет.

– Не забуду. Я же не совсем дура.

– Держись. Приехали.

Лодка уткнулась в рыхлый торфяной берег.

Вдвоём они молча вытащили вещи. До домика от протоки оставалось идти ещё метров сто; крыша его была видна из-за ряда невысоких кедров на западе, куда уверенно клонилось сверкающее ярким золотом солнце.

Они взвалили на себя половину вещей и направились к дому. Наталья была несколько крупнее Полины и чуть выше ростом. В своё время она всерьёз увлекалась туризмом, поэтому таскать тяжести было для неё делом привычным.

Скандинавский домик выглядел весьма экзотично. Достаточно просторный, с узкой верандой по всему периметру и с передней стеной, целиком состоящей из толстого стекла.

– Больше похож на автобусную остановку для троллей, – заметила Наталья, успевшая, судя по всему, придти в себя.

– Сделано в Дании, – сказал Андрей. – В нашей реальности смотрится, конечно, диковато. Но внутри удобно. Днём прохладно, а ночью тепло. Есть шикарный камин.

– Ты уже был здесь?

– Был. Прочесал местность. Проверил дом и окрестности на наличие камер. Мало ли.

– Не нашёл?

– Камер нет.

– А там что за постройка? – Наталья показала рукой в сторону от дома.

– Что-то типа сарая, – ответил Андрей. – Всякое барахло хранится. Один раз заходил. Вряд ли его содержимое нам понадобится. Но кое-что я там спрятал для себя на всякий случай.

– Что?

– Да не суть, – мотнул головой Андрей. – Мелочь. Ты располагайся пока. – Он отпер дверь дома. – А я поеду за остальными.

– Хорошо, – сказала Наталья и зашла внутрь.

Андрей, нахмурившись, направился к лодке.

Этому странному диалогу, случившемуся между ним и Натальей, предшествовало много событий. Его скоропалительная женитьбы на Полине имела последствия, которых он никак не мог предугадать. Поначалу Полина ему нравилась. Не то чтобы он влюбился в неё – это чувство уже много лет было ему не знакомо, – но просто посчитал удачной кандидатурой на роль новой жены, на чьё имя можно было бы переписать часть своего бизнеса, когда депутатские дела пойдут в гору. В гору они пошли, но неожиданно открылись заманчивые перспективы и в фирме. О таких масштабах он никогда даже не помышлял. Деньги потекли рекой, предложения и контракты сыпались к ногам, как новогодний снег. В самую пору было бы отказаться от своих депутатских амбиций и сосредоточиться исключительно на работе, но Андрей понимал, что Фортуна повернулась к нему лицом как раз потому, что он устремился в думу и имел реальные шансы там оказаться. Многим был нужен свой человек в таком месте, потому и обратили на него внимание серьёзные люди.

Узнав Полину получше и как бы между прочим обмолвившись с ней далеко идущими планами, Андрей понял, что она не горит желанием сделаться пусть и фиктивной, но всё-таки бизнес-леди. Ей хотелось совсем другого. Несмотря на свою более-менее рациональную натуру, Полина мечтала о полноценной семье с детьми и со всем из этого вытекающим. Но Андрей с детьми не спешил. Пока он даже и слушать об этом не собирался. Да и собственных своих родителей Полина до сих пор не могла убедить в правильности своего выбора – они упорно не хотели налаживать отношения с Андреем, ограничиваясь немногочисленными и немногословными встречами по тем поводам, которые никак нельзя было игнорировать. Чувства её к Андрею несколько подостыли. И тот понял это уже через год их совместной жизни. Из разговоров с её самой близкой подругой – Натальей – Андрей узнал, что супруга всё чаще вспоминает теперь Богдана и даже временами жалеет о том, что бросила его и вышла замуж за нелюбимого человека. Так и говорила – за нелюбимого. Эти его беседы с Натальей происходили всё чаще. Эта женщина, будь она его женой, была бы куда более подходящей на ту роль, которую Андрей уготовил Полине. Наталья это тоже вполне осознавала. Быстро сообразив что к чему, она начала вести собственную игру, всё крепче привязывая к себе растерявшегося на миг Андрея. И тот поддался. Последней каплей стала новость о том, что Полина якобы проговорилась подруге о своём желании развестись и прибрать себе часть имущества, положенного ей по закону. Но она уже и без того зашла за ту черту, из-за которой у неё не было пути назад. Андрей не отпустил бы её ни при каких условиях – ни с имуществом, ни без. Он чувствовал себя униженным, а, будучи собственником каждой клеточкой своего существа, не мог позволить Полине быть чьей-то, кроме него самого. Конечно, Наталья могла что-то и придумывать от себя, украшать недостающими деталями вероломные планы своей подруги. Но Андрей в своём эгоистическом порыве был ослеплён настолько, что уже не мог думать и рассуждать здраво. Развод мог бы поколебать с таким трудом налаженный бизнес. Этого Андрей не мог допустить. Выборы были на носу. Медлить нельзя. И они вместе с Натальей решились на преступление. К тому же Андрей узнал, что месяц назад вернулся в город Богдан. А это не могло быть простым совпадением. Полина точно что-то надумала, и Богдан наверняка был с ней в сговоре. И в голове у Андрея созрел этот ужасный план, с которым согласилась и Наталья. Тучи начинали сгущаться, вот-вот грозя разразиться бурей.

***

Андрей перевёз Полину с Артёмом, сказав, чтобы они шли в дом, а сам он задержится – нужно сложить вёсла и привязать лодку.

В доме уже вовсю хозяйничала Наталья: постелила на стол скатерть, расставила посуду, вынула из сумок продукты, из которых предстояло готовить ужин. Полина тут же к ней подключилась. Настроение у неё поднялось – всё же здорово вот так собраться в тесной компании и поговорить по душам за бокалом хорошего вина. На сердце у неё не зародилось никакой тревоги, и никакие предчувствия не теснили её душу.

О разводе последние пару месяцев Полина хоть и задумывалась, но рассказывать об этом не собиралась даже лучшей подруге. Всё-таки это всего лишь мысли – да мало ли чего может придти в голову. Так что Наталья выдумала всё это от начала и до конца, впрочем, раньше других уловив женским чутьём первые флюиды сомнений, принявшиеся с некоторых пор тревожить Полину.

На плите уже шкворчала еда, а в камине занялись огнём первые поленья, заблаговременно приготовленные для гостей, когда наконец вернулся от протоки Андрей.

– Ты чего так долго? – спросил Антон.

– Сигареты забыл в машине, – ответил Андрей. – Пришлось возвращаться. И мне ещё показалось… – он замолчал на секунду.

– Что? – встрепенулась Наталья, так что даже нож выпал у неё из руки и громко зазвенел, ударившись о кафельный пол.

– Показалось, – продолжил Андрей, – то ли человек промелькнул за деревьями с краю леса, то ли животное. Я не успел рассмотреть толком.

– Этого ещё не хватало, – недовольно промолвила Наталья. – Уж лучше волки, чем люди.

– А здесь что, водятся волки? – в свою очередь встревожилась Полина.

– Говорят, иногда заходят, – ответил Андрей. – Но я не видел и не слышал.

– А как ты мог видеть, если мы здесь всего-то полчаса?

Андрей не успел ничего ответить, как в ту же секунду послышался вой, совсем близко, будто в самом доме.

Все, включая Андрея, вздрогнули.

Антон, сидевший возле камина, засмеялся.

– Антоха! – крикнула на него Наталья. – Это ты что ли? Ну ты дурак!

На эту шутку Антона отчего-то никто больше не рассмеялся.

– Да чего вы все напряжённые-то такие? – сказал Антон. – Расслабьтесь. Ну даже если и волки – нам-то что? Мы в домике. Камин, ужин, вино. Что вы как дети малые? В чёрном-чёрном лесу, в чёрном-чёрном доме чёрной-чёрной ночью… У-у-у, – снова завыл Антон.

– Идиот, – чуть слышно проговорила Наталья, подняла с пола нож и бросила его в раковину. – Мужик ещё какой-то придёт, – добавила она уже громко. – Примета такая, если упал нож.

 

– Чёрный-чёрный мужик, – не унимался Антон.

– Ага. – Наталья ухватила за хвост не порезанную ещё рыбину. – Я те щас по чёрной-чёрной башке да вот этой чёрной-чёрной селёдкой.

– Всё-всё, сдаюсь. Не убивайте меня.

Наталья с Андреем переглянулись.

Через полчаса стол был накрыт. Компания расселась по стульям и откупорила первые бутылки. Антон спиртного не пил. Для него купили безалкогольного пива. Остальные же налили себе «Мартини», произнесли тост за вторую годовщину супружеской жизни и опустошили бокалы.

После третьего тоста все наконец расслабились, насколько это вообще было возможно. Темы для разговоров стали находиться сами собою. Обсудили плюсы и минусы семейной жизни, слегка попытали Антона относительно его планов тоже создать ячейку общества, чуть-чуть затронули работу и даже перспективы Андрея на предстоявших осенью выборах. Все больше отшучивались, нежели говорили всерьёз.

За огромной стеклянной стеной стемнело, и по всему периметру веранды стали загораться жёлтые фонари. Пространство словно увеличилось вдвое, отражая в стекле, как в зеркале, стол и собравшихся за ним гостей. Если бы среди этой компании оказался вдруг посторонний, то ему и в голову не пришло бы, что в этот момент совершается самое настоящее преступление. С каждым выпитым Полиной бокалом приближалась трагедия, избежать которой было уже невозможно. По крайней мере, в этом был уверен Андрей, настроение которого, вопреки переживаниям, поднималось. И только Наталья продолжала в душе тревожиться, будто не веря в реальность происходящего. Слишком уж обыденно выглядело убийство, на которое они с Андреем решились.

***

Компания просидела за столом до двух часов ночи. Всё шло настолько гладко, что Андрей с Натальей начинали периодически забывать о том, что здесь готовится на самом деле. Антон особенно проникся дружеской, как ему казалось, атмосферой, хотя, в отличие от других, был абсолютно трезв. Над его шутками теперь охотно смеялись. В общем, любой, кто посмотрел бы со стороны, мог бы с уверенностью сказать, что компания собралась душевная. Однако к двум часам ночи их пыл начал угасать. Дрова в камине закончились, а выходить на улицу за новой порцией никому не хотелось. И все решили, что пора спать. Андрей искоса поглядывал на Полину, стараясь понять её состояние. Но с виду ничего не отличало её от остальных, разве что зевать она стала чаще, и белки́ её глаз слегка покраснели.

Когда все разошлись по спальням на втором этаже (Андрей с Полиной в общую, а Наталья с Антоном в раздельные), то Полина, приняв душ, тут же и отключилась, едва успев забраться под одеяло. Пока что, судя по всему, просто уснула.

Андрей слушал её дыхание, даже пытался нащупать пульс на её запястье. И дыхание, и пульс не вызывали никаких подозрений. Андрей не знал, как всё в итоге должно произойти – человек, снабдивший его ядом, ничего не рассказывал о внешних признаках отравления, просто уверил, что после выпитого нужно спокойно лечь спать, а утром всё будет готово. Так и сказал – «всё будет готово», словно Андрею предстояло готовить какое-то экзотическое блюдо на завтрак. Всю ночь он ворочался, проваливаясь на считанные секунды в тревожный сон. С ужасом просыпаясь, снова поднимался в постели и вглядывался в лицо Полины, едва освещённое тусклым уличным светом. От её тела исходил жар – значит, пока жива. Только под самое утро удалось уснуть.

Разбудил Андрея шум, доносившийся с кухни. Он посмотрел на Полину – в этот раз лицо её показалось ему неестественно бледным. И тело было теперь не таким горячим.

– Полина, – прошептал он дрогнувшим голосом.

Женщина не отозвалась.

– Полина, – ещё раз произнёс он чуть громче.

Осторожно дотронулся до её лба – холодный. Он отдёрнул руку. Через секунду потряс Полину за плечо – она никак на это не отреагировала. Попробовал обнаружить пульс. Показалось, что жилка на руке всё же вздрагивала, только едва заметно и не так часто.

Андрей тихонько вылез из-под одеяла, оделся и пошёл в ванную. Долго смотрел в зеркало на своё осунувшееся за ночь лицо, словно не мог понять, жив ли он в эту минуту сам. На него смотрела небритая физиономия с чёрными, как уголь, глазами. Он с трудом себя узнавал. Потом к горлу подкатил комок, и его стошнило прямо в раковину. Стараясь дышать ровно, он взял бритву, но рука предательски задрожала. Да что ж такое! Если в таком виде спуститься сейчас вниз, то у Антона возникнет масса вопросов. Так нельзя. Нужно взять себя в руки. Андрей воскресил в памяти заранее продуманный план этого утра: во-первых, вниз надо спуститься, излучая спокойствие и ничем не выдавая своей тревоги. Совсем скоро все начнут беспокоиться, почему до сих пор не присоединяется к ним Полина. Андрей сходит её проверить – и вот с этого места нужно будет проявить весь свой артистический дар. Роль растерянного от произошедшего мужа, не понимающего, что случилось с его женой, необходимо отыграть так, чтобы у Антона не возникло и капли сомнений. Потом в поднявшейся суете всё станет намного проще. Главное – настроиться вот в этот момент.

Андрей глубоко вздохнул, напенил лицо и заставил себя побриться.

Ещё раз проверил бесчувственную Полину и спустился наконец вниз, где на кухне уже готовили завтрак Антон с Натальей. Камин снова горел, заполняя теплом успевшее остыть за ночь пространство.

– Долго спите, – сказал Антон. – Завтрак почти готов. А Полина чего?

Наталья вопросительно посмотрела на Андрея. Тот, пока не видел Антон, утвердительно кивнул ей головой.

– Видимо, устала вчера, – ответил Андрей. – Пусть ещё немного поспит. Не стал её будить.

– А ты слышал ночью? – снова спросил Антон.

– Что слышал?

– Мне показалось, что и правда волки выли. Наташа говорит, что ничего такого не слышала.

– И я не слышал, – сказал Андрей. – Опять пытаешься нас напугать?

– Нет. В этот раз без шуток. Неужели приснилось?

– Скорее всего.

Минут через пятнадцать завтрак был готов.

– Ну чего там Полина-то? – нетерпеливо промолвил Антон. – Я проголодался.

– Сейчас схожу за ней.

Андрей поднялся наверх. Его не было минуты две. Потом послышались его быстрые шаги. На кухню он прибежал с выпученными глазами и бледный.

– Что-то не так, – сказал он.

– Что не так? С Полиной? – встревожился Антон.

– Да. Она не реагирует ни на что. Не пойму, что с ней такое.

Втроём они бросились по лестнице наверх. Долго они пытались понять, что произошло. Вернее, понять-то не мог только Антон, но для того и взяли его, чтобы он засвидетельствовал поминутно всё произошедшее в доме. Он видел, что все пили из одной бутылки, закусывали одним и тем же, и не происходило ничего необычного, что могло бы указать на причастность к случившемуся Андрея или Натальи.

– Мне кажется, – сказал наконец Антон, – что она мертва.

– Но как такое возможно? – воскликнул Андрей. – С чего бы вдруг? И что нам теперь делать?

– В скорую звонить, – предложил Антон. – Может, ей ещё можно помочь. Мне кажется, пульс еле-еле, но наблюдается.

– Да, мне тоже так показалось, – согласилась Наталья.

– Да здесь нет связи, – сказал Андрей. – Сотовые не ловят. Эти домики для того и построены в такой глуши, чтобы люди могли отдохнуть от цивилизации.

– Реально? – удивился Антон.

Он достал мобильник и попытался куда-то звонить.

– Да, – сказал он. – Ты прав. Может, в доме есть какая-нибудь спецсвязь на экстренный случай?

– Да нет никакой спецсвязи. Это ж только домик на скандинавский манер. Всё остальное по-нашему, никто дополнительными сложностями не заморачивался.

– Так… – Антон потёр пальцами глаза. – Тогда надо её в машину. Сами доставим до ближайшей больницы.

– Да, – согласился Андрей. – Так и сделаем.

Он осторожно приподнял Полину и взвалил себе на плечо. Сердце быстро билось в груди. Прилив адреналина был настолько велик, что Андрей не почувствовал никакой тяжести.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru