На углу старой улочки было кафе с потертыми деревянными столами, большим окном и терпким ароматом свежемолотого кофе. Я приходила сюда каждый день, садилась за свой столик у окна и смотрела, как течёт жизнь.
Когда-то мне казалось, что я всё о ней знаю. Что люди предсказуемы, что чувства – это просто химия, что сюжеты книг повторяются в реальности, меняя лишь декорации.
Но однажды напротив сел мужчина с газетой.
– Вы тоже любите наблюдать? – спросил он, не отрываясь от заголовков.
Я улыбнулась.
– Иногда кажется, что мир здесь замедляется.
Он кивнул.
– Или что он становится честнее.
Мы пили кофе молча, а потом он сказал:
– Вчера за этим столиком сидела девушка, долго вертела в руках кольцо и плакала. Потом вздохнула, допила кофе и ушла. Сегодня, час назад, сюда пришёл парень, сел на её место, вытащил из кармана то же самое кольцо и долго смотрел на него.
Я подняла брови.
– Они расстались?
– Или поняли, что всё ещё любят друг друга.
Я посмотрела в окно. Мир действительно становился честнее.
А потом я открыла ноутбук и начала писать. Потому что вдруг поняла: каждое утро здесь – это новая история, и кто-то должен её рассказать.
Первый букет она заметила утром, когда вышла на балкон с чашкой кофе.
Тонкие стебли были связаны светло-серебряной лентой. Белые тюльпаны, как росчерк утреннего света, лежали на перилах, будто их оставили в спешке.
Ева нахмурилась.
Соседи? Вряд ли. На пятом этаже, кроме неё, жила только старушка, которая редко выходила из квартиры. Кто-то ошибся адресом? Но тогда почему именно её балкон?
Она взяла цветы в руки – на лепестках ещё оставались капли утренней росы. Ни записки, ни намёка на отправителя.
Кто-то хочет, чтобы она задумалась.
И это её раздражает.
Пять лет без сюрпризов, без надежды, без беспокойства. Всё, что у неё есть, – работа редактором в издательстве, маленькая квартира, где всё разложено по своим местам, и ритуал утреннего кофе на балконе.
Она не ищет романтики.
И уж точно не хочет загадок.
Но на следующий день появляется новый букет.
Когда это становится системой, Ева начинает злиться.
– Может, у вас есть камеры? – спрашивает она у консьержа.
Тот пожимает плечами:
– Камеры только у входа. У вас что-то случилось?
Она не отвечает.
Через неделю букеты становятся ещё красивее.
Лиловые пионы. Кремовые розы. Ландыши с тонким, почти невесомым запахом.
Цветы на её балконе каждое утро.
Она пробует не реагировать. Берёт их в руки, а потом выбрасывает в мусорное ведро.
Но в третью неделю происходит нечто новое.
Она просыпается ночью от странного ощущения – будто кто-то наблюдает.
Подходит к окну.
На улице никого. Только фонари освещают пустую улицу.
Она выходит на балкон – и видит на перилах свежий букет.
Сердце сжимается.
Она хватает цветы и замечает, что в этот раз есть записка.
«Они напоминают мне тебя».
Чёрным, размашистым почерком.
На работе она не может сосредоточиться.
– Ты вообще слушаешь? – спрашивает её коллега Вика, заглядывая в экран её ноутбука.
Ева моргает.
– Прости, что?
– Ты в последнее время какая-то… задумчивая.
Ева колеблется, а потом говорит:
– Представь, ты получаешь цветы от незнакомца. Без записки, без намёка. Просто каждый день. Как бы ты себя чувствовала?
Вика улыбается.
– Как в красивом фильме.
– Или как в триллере, – тихо добавляет Ева.
Она решает не выбрасывать цветы.
Начинает их собирать.
И находит систему.
Каждый день – новый оттенок.
Белый. Лиловый. Алый. Кремовый.
Она открывает поисковик и вводит: «значение цветов».
И тут её пробирает дрожь.
Белые тюльпаны – прошу прощения.
Лиловые пионы – ностальгия.
Алые розы – признание.
Ландыши – воспоминание.
Кто-то просит у неё прощения.
Кто-то помнит.
Она возвращается домой позже обычного.
Ночной город отражается в витринах, воздух пахнет весной.
Ева поднимается в лифте, вставляет ключ в дверь…
И чувствует запах.
Свежий, терпкий, густой.
Она бросается к балкону.
Там стоит мужчина.
Высокий, в тёмной куртке, с букетом сирени в руках.
Он смотрит на неё.
И она узнаёт его.
– Ты, – только и говорит она.
– Я.
Прошло пять лет.
Пять лет, с тех пор как он исчез.
Пять лет, с тех пор как она закрыла эту историю.
Пять лет, с тех пор как он ушёл и не вернулся.
– Уходи, – шепчет она.
Но он делает шаг вперёд.
– Я не мог. Тогда не мог.
Она хочет закрыть дверь.
Но сирень пахнет слишком знакомо.
– Цветы… Это ты?
Он кивает.
– Я не знал, как заговорить с тобой.
Она хочет сказать, что он мог просто позвонить.
Но тогда, возможно, она бы не ответила.
А сейчас она стоит перед ним и понимает: она ждала этого момента.
Иногда чудеса приходят не сразу.
Иногда они требуют пяти лет.
Иногда они пахнут сиренью.