Вулкан был одним из самых древних италийских богов, более древним, чем сам Юпитер. Изначально он – бог разрушительного огня и очистительного пламени, лишь, спустя века, он стал покровителем кузнечного и литейного дела у римлян.
Первоначально Вулкан, как и Юпитер, так же владел молнией. В неудержимой ярости огонь способен начисто уничтожить не только все плоды человеческой деятельности, но и самого человека, и потому люди стремились умилостивить Вулкана.
Возможно, в древнее время Вулкан был и богом войны, пока им не стал Марс. Вулкан же, с развитием ремесла стал покровителем всех ремесленников, которые имели дело с огнем, прежде всего кузнецов и литейщиков. Поэтому он получил прозвище Мульцибер, что означает «Плавильщик». В результате он стал очень похож на греческого бога Гефеста, с которым римляне его быстро отождествили, поскольку его не надо было даже «перевозить» – основная кузнечная мастерская находилась в вулкане Этна на Сицилии.
Культ Вулкана долго сопровождался кровавыми жертвоприношениями людей, чего не рассказывают о культе Гефеста даже в древние времена. Почитание Вулкана римлянами связано также с государственным культом огня и очага.
Первой женой Вулкана была прекраснейшая из женщин Венера, как и у Гефеста – Афродита. Он был так же женат второй раз – на Майе (Майеста), о которой почти ничего не известно, но она была Доброй богиней и не была Грацией, как у Гефеста вторая супруга Харита Аглая.
Вулкан обустроил жилища бессмертных богов на Олимпе и делал нетленное оружие и доспехи для богов и некоторых знаменитых героев. Его кузница находилась в вулкане на горе Этне в Сицилии. Себе в помощь Вулкан создал золотых женщин, подобно тому, как Гефест создал себе механических служанок.
Вулкан так же был хром на обе ноги – однажды разъярённый Юпитер сбросил его с мощных высей Олимпа. Вулкан сломал при этом обе ноги и на всю жизнь захромал, но зато, как говорят некоторые, приобрел способность отсрочивать предназначения Парк на десять лет. Эта история была, без сомнения, от начала до конца заимствована у эллинов хотя бы потому, что Олимп был обиталищем греческих богов и находился в Элладе.
Возле Свайного моста, расположенная возле Комиция, на склоне Капитолия находилась площадь Вулкана, посвященная римскому богу огня. Вулкан наряду с Юпитером, Минервой и Юноной считался богом, способным метать молнию.
Римляне Афину называли Минервой (отмеряющая). Минерва была покровительницей главным образом ремесел, городов и мирных занятий их жителей. Поэтому изначально она существенно отличалась от воинственной Афины Паллады, не только богини организованной войны, но и ее изобретательницы.
Постепенно деятельность древней италийской богини Минервы все больше совпадала с деятельностью греческой Афины (покровительство ремеслам и особенно ткачеству, защита города). Поэтому римляне сначала начали считать Минерву дочерью Юпитера, которая родилась из его головы (как Афина из темени Зевса), и стала богиней не только ремесел и мудрости, но и войны. Через относительно небольшое время после включения Греции в свою империю, римляне стали считать Афину и Миневру одной и той же богиней.
Тремя главными римскими богами считались Юпитер (Зевс), Марс (Арес) и Квирин (заимствованный от сабинян бог войны, подобный Марсу). Однако заимствованную от этруссков (древние жители Апеннинского полуострова) древнюю Капитолийскую Триаду – три важнейших бога в Древнем Риме, почитавшиеся в Капитолийском храме составляли Юпитер, Юнона и Минерва. В этом великолепном храме, который начал строить на Капитолийском холме Тарквиний Гордый, было три святилища – Юпитеру, Юноне и Минерве.
Все три главных божества считались стражами Рима. Минерву римляне очень почитали, особенно, после того, как она стала воинственной и возводили ей собственные храмы.
В Риме Минерва почиталась, как воинственная богиня мудрости, этруски же ее почитали, как молниеносную богиню гор и покровительницу всяческих открытий и изобретений.
Римляне заимствовали у этрусков многие обычаи, например, такие, как гладиаторские бои, которые обязательно проводились во время праздников Квинкватрий, посвященных Минерве. Большие Квинкватрии устраивались весной во второй половине марта и длились пять дней с 19 по 24 марта. Это был праздник главным образом, ремесленников, художников и учеников. В первый день Квинкватрий ученики освобождались от занятий и приносили учителям плату за обучение – минервал. Затем устраивались гладиаторские игры, а в последний день приносились жертвы Минерве и освящение труб. Обычные жертвоприношения – лепешки, мед и оливковое масло. Трубы находились под особым покровительством богини, поскольку трубачи играли большую роль в городской жизни, участвуя в различных торжественных церемониях. При этом флейтисты считали своим главным праздником Малые Квинкватрии, которые проводились летом с 13 июня и длились три дня.
Минерва, как и Афина, была не только покровительницей, но и изобретательницей многих ремёсел и искусств. Она покровительствует не только многим ремесленникам (ткачам, сапожникам и портным), но и врачам (Минерва Медика), учителям, ваятелям, поэтам и, в особенности, – музыкантам; она наставляет, учит женщин и руководит ими во всех их работах.
Как покровительнице в молниеносной войне Минерве приносили щедрые дары, совершали посвящения и строили храмы многие знаменитые римские полководцы после какой-нибудь блистательной победы. Например, Луций Эмилий Павел, закончив покорение Македонии, сжёг (принес в жертву) часть добычи в честь Минервы; Помпей после своего триумфа построил ей на Марсовом поле величественный храм; так же поступил и Октавиан Август после победы при Акциуме.
Когда Миневра была отождествлена с Афиной, к ней перешли и все эпитеты эллинской воинственной, трудолюбивой и мудрой богини. К имени Минервы часто прибавляли эпитет Капта (голова), который означал не мудрость богини, а то, что каждый, совершивший из храма Минервы Капты кражу, отвечает за это перед богиней головой.
Изображалась Миневра как Афина Паллада в виде стройной крепкой девушки в полном вооружении: в шлеме, с копьем и щитом, и со своей священной птицей совой.
С течением времени из бога хлебного дела и торговли хлебом Меркурий сделался богом торговли вообще, богом розничной продажи, всех лавочников и разносчиков. В майские иды торговцы приносили Меркурию и его матери Майе жертвы, стараясь умилостивить божество хитрости и обмана, которыми сопровождалась всякая торговая сделка. Недалеко от Кайенских ворот находился источник, посвящённый Меркурию. В этот день купцы черпали из него воду, погружали в неё лавровые ветви и с соответствующими молитвами кропили себе голову и товары, как бы смывая с себя и товаров вину содеянного обмана. Символом мирных намерений бога был кадуцей.
Позднее, вместе с торговыми отношениями, культ Меркурия распространился по всей Италии и по провинциям, особенно в Галии Германии, где находят много его изображений. Культ его получил распространение лишь тогда, когда Рим завязал торговые отношения с соседними народами, то есть в эпоху Тарквиниев, к которой относится первый торговый трактат между Карфагеном и Римом.
Меркурий был торжественно принят в число италийских богов в 495 г. до н.э., после трёхлетнего голода, когда одновременно с введением культа Меркурия были введены культы Сатурна, подателя хлеба, и богини жатвы Цереры. Храм в честь Меркурия был освящён в майские иды 495 года до н. э.; тогда же был упорядочен хлебный вопрос и учреждено сословие купцов, называвшихся mercatores или mercuriales.
Согласно Ватиканскому мифографу, бог был назван Меркурием, как если бы он бежал от одного к другому: ведь и речь бежит от одного человека к другому. Поэтому Меркурия изображают стремительно мчащимся. Крылья на его голове и на ногах обозначают, что речь, будучи летучей, перемещается по воздуху. Меркурия называют вестником, так как благодаря речи сообщаются все мысли. Так же точно его называют наставником в воровстве, потому что речь обманывает души слушателей. По-гречески Меркурий называется Гермесом от слова «герменейя», что по-латински соответствует «толкованию».
Овидий в «Фастах» поет, что для внука славного Атланта, который научает людей ловким и умным речам, храм для него освятили отцы, на Цирк обращенный, и с этой поры его это праздничный день. Все, кто торгуют, свои предлагая к продаже товары, ладаном курят, чтоб он прибыль торговцу послал. Возле Капенских ворот струятся Меркурия воды, силе божественной их, все верят. К ним приходят купцы, подоткнувши рубахи, и урной, чинно ее окурив, черпают воду себе. Ветку лавровую здесь омочив, окропляют товары все, что должны перейти после продажи к другим. Волосы также свои кропят они с этой же ветки, так возвышая в мольбе голос, привычный к лганью:
– Смой вероломство мое былое и прежнее, смой ты лживые речи мои, что говорил я вчера! Если я ложно божился тобой или всуе, надеясь, что не услышат меня, если Юпитера звал, или других богов иль богинь обманывал ловко, – быстрые ветры пускай ложь всю развеют мою! Но широко да отворится дверь моим плутням сегодня и не заботятся пусть боги о клятвах моих. Ты только прибыль мне дай, меня порадуй прибытком и покупателя дай мне хорошенько надуть!
Громко смеется Меркурий, с небес услыхав эти просьбы, вспомнив, как сам он украл у Феба коров.
Первоначально Диана была связана с озером Неми (зеркалом Дианы), расположенным недалеко от латинского города Ариции в ее священной роще. Со временем культ богини от латинян переняли римляне, хотя Рим тогда в Латинский союз не входил.
Основанный на Авентине римский храм Дианы скоро стал общесоюзным. Диана была покровительницей растений и диких животных. Она была владычицей гор крутоглавых, тенистых лесов и дубрав, скалистых ущелий и быстрых потоков. Покровительствуя диким зверям, Диана стала покровительствовать охоте и охотников. Ее благоговейно чтили юноши и девушки.
Когда Рим распространил свою власть на Элладу Диана распространила свое покровительство на юных девушек, помогая им выйти замуж и на женщин, помогая им зачинать и рожать детей. Так римляне отождествили Диану с греческой богиней охоты и дикой природы Артемидой, а в качестве образца для изображения своей Дианы взяли знаменитую Артемиду Эфесскую, бывшую покровительницей рождения и изображаемую с большим количеством женских грудей.
В итоге римляне называли Артемиду Диа́ной, которая стала богиней растительного и животного мира, охоты, женственности и плодородия, родовспомогательницей и детопитательницей.
Диана, как Артемида, олицетворяла так же Луну, не только в древние, но и в позднейшие времена, и потому греческую богиню Луны Селену римляне называли тоже Дианой.
Диану также стали отождествлять с подземной богиней Гекатой и называли ее Тривией – богиней трёх дорог (перекрёстков), и это имя свидетельствовало о ее тройной власти: на небе, на земле и под землёй.
Также Диану отождествляли с карфагенской небесной богиней Целестой. В римских провинциях под именем Дианы почитали местных духов – «хозяек леса». Диану особенно почитали сельские жители, которые чаще охотились и разводили домашних животных для питания и облегчения тяжелого труда.
В Риме культ Дианы не был распространён среди знати, но был популярен среди рабов, которые обладали в храмах Дианы неприкосновенностью. Богиня слыла покровительницей плененных Римом латинян, в так же всех плебеев и рабов.
Жрецом Дианы Арицинской мог быть только раб, притом обязательно беглый. Когда беглец приходил в священную рощу богини, его встречал жрец, и они вступали в схватку, которая должна была окончиться смертью одного из них. Если побеждал прежний жрец, он оставался на своем посту, если беглый раб убивал жреца, то он сам становился жрецом до прихода следующего беглого раба.
Шестой царь Рима Сервий Туллий, бывший все детство и юность, хоть и царским любимцем, но все же рабом, посвятил Диане храм на одном из семи римских холмов – Авентине. Годовщина основания храма считалась праздником рабов, а Сервия Тулия считали царем плебеев, поскольку Авентинский холм был заселен в основном беднотой.
Возле храма Дианы в Ариции находились целебные источники, у которых жрецы богини лечили многие болезни. За храмом была роща с источником нимфы Эгерии, где, сорвав ветвь со священного дерева, беглые раб и преступник получал убежище, а убив одного из жрецов, охранявших священную рощу, занимал его место и становился жрецом богини.
В Италии долгое время Диану почитали, как и Гекату, покровительницей чародеек, которые считались мудрыми женщинами, целительницами. Изображали богиню, как Селену с полумесяцем на голове и факелами в руках, в длинной одежде.
Первым эллинским богом, культ которого восприняли римляне, был Аполлон, которого они часто называли Фебом.
Эллинский Аполлон – карающий бог и губитель, но он же защитник, помощник и врачеватель, прорицатель, блюститель вселенской гармонии, Мусагет, бог поэзии, песен, танцев и музыки, бог состязаний, юности и эфебов. Даже перечисленные основные особенности этого бога демонстрируют чрезвычайное разнообразие его функций и их противоречивость, которая может показаться даже несовместимой.
Так как римского бога, подходящего для отождествления с Фебом, не нашлось, они включили его в свой огромный божественный пантеон под собственным именем Феб-Аполлон, взяв и большинство его прозвищ.
В Риме деятельность прекрасного бога несколько изменилась и расширилась. Он стал еще и лучезарным богом солнца, каким в греческом мире до этого не являлся, там был Гелиос.
Считается, что Гомер, как и Гесиод, никогда не отождествлял Аполлона с Солнцем, и потому десятки раз называя его Фебом, он этим эпитетом имел виду только то, что Аполлон внук титаниды Фебы. Это подтверждает и то, что Артемиду, которая была тоже внучкой титаниды Фебы, Гомер называл стрелолюбивой Фебой.
Прежнее воплощение светила – бог Соль (греческий Гелиос) – было оттеснено на задний план, хотя и не вычеркнуто окончательно из римского пантеона.
В Риме Феб так же вечно юн и вечно красив; вовек не оденет даже легчайший пушок его нежные щеки.
Естественно, Аполлон, переехав на италийские земли, остался и покровителем искусств, и богом гармонии, и, что было для римлян особенно важно, богом, прорицающим будущее и дающим соответствующие советы, которые можно было использовать на практике. Старые почитаемые римлянами божественные пророчицы Сивиллы стали теперь, наравне с Пифиями, восприниматься как жрицы дельфийского Аполлона. Песни Сивилл передаются и сохраняются, кроме Кумской, чьи книги сокрыты римлянами: в них никто не имеет права заглядывать, кроме членов коллегии пятнадцати.
Фебов удел не только пророчицы и пророки, и вещие храмы; от Феба ж власть получают целители отгонять врачеваньем болезни. Греческое врачебное искусство было в целом принято римским государством, хотя многие даже образованные римляне смотрели на медицину с отвращением и не гостеприимно относились к приезжающим в Рим греческим врачам, среди которых было немало и шарлатанов.
Феба называли и Пастушеским. Тот же Феб размерять города научил землемеров в роде людском: возлюбил ведь Феб и новых городов основание.
В гомеровском гимне «К Аполлону Делосскому» поется, как с кресел своих, повскакавши, стоят все боги в страхе, когда по дому Зевса пройдет Аполлон. Когда Лето, милая мать, посадит его в кресло, в чаше ему золотой, дорогого приветствуя сына, нектар отец подает. И только тогда божества остальные тоже садятся по креслам… У римлян Феб никогда не почитался так высоко, как у эллинов и занимал более скромное положение, чем Юпитер, Марс, Янус, Квирин, Юнона и Миневра.
В древнейшее время Марс, как и большинство широко известных богов Эллады и Рима был природным богом – плодородия. Считалось, что он может наслать гибель урожая и падеж скота, а может, наоборот, отвратить их. Под его защитой находилась весна – время посева, во многом определяющего благополучие всего года. Он боролся с холодом и разрушительными силами природы, отвращая злых духов, и к нему земледельцы обращались с просьбами и молитвами. Марс защищал и очищал поля и дома от недорода и голода, бурь и ненастий, отвращал болезни, посылал рост вызревание пшенице, винограду, оливам, плодам и овощам. Он оберегал пастухов и домашний скот, сохранял их хозяйство.
Со временем, когда римская империя в результате победоносных волн все время расширялась, Марс стал восприниматься в качестве отца великого и воинственного римского народа и стал покровителем Рима, защитником городских стен не только от природных стихий и свирепых зверей, но и от враждебных племен и народов.
Это, а также все большее заимствование у греков образа неистового бога кровавой войны Ареса привело к тому, что и Марс стал воинственным богом, и его стали чаще называть Градивусом. Одни возводили это имя к глаголу «увеличивать», считая, что он увеличивает урожай и поголовье стад, другие – к глаголу «шествовать» потому, что Марс Градивус и Квиринус (копьеносный) шествует впереди победоносного римского войска. Перед военным походом приносились жертвы Марсу и возносились мольбы возле его храма, а после возвращения ему жертвовали часть военной добычи в благодарность за помощь в победе. Марсу, как богу войны служили особые жрецы Салии (плясуны). Во время длившихся несколько дней празднеств в честь Марса Салии проходили с шумными плясками по всему Риму. Каждый день праздника завершался пиром, пышность и изобилие которого вошли в пословицу.
Марсу был посвящен первый весенний месяц, названный по его имени – март. В древности именно он открывал год, и это было знаком особого почтения к Марсу. Римляне приписывали создание такого календаря Ромулу, который и посвятил первый месяц года своему отцу.
Храм Марса, уже как бога войны был сооружен на Марсовом поле вне городских стен, поскольку вооруженное войско не должно было входить на территорию Вечного города. Прежде там находилась пашня последних римских царей из рода Тарквиниев. Когда ж е царская власть была свергнута, это место превратили в общественную собственность, и решено было никогда его не вспахивать, а посвятить Марсу.
В храме Марса хранилось священное оружие бога – метательное копье и щиты, один из которых когда-то упал с неба. Перед отправкой на войну римский полководец брал это оружие и взывал к Марсу: «Марс, бодрствуй!». С этим оружием салии исполняли в честь Марса священную пляску.
В Риме отмечалось несколько праздников в честь Марса. Одни справлялись весной, в феврале и марте, а другие осенью, в октябре. Эти праздники как бы открывали и закрывали время военных действий, ибо в древности зимой обычно не воевали. Целью весенних праздников было заручиться покровительством бога войны перед началом военного сезона, а осенних – благодарность за дарованные победы.
Марс был и мстителем за несправедливые убийства, считается, что он был причастен к мщению за коварное убийство Цезаря. Первый римский император Август, приемный сын Цезаря, воздвиг в Риме храм Марсу Мстителю. И позже римляне обращались к этому богу с мольбами и призывами к отмщению.
Марс был хранителем державы римского народа, обеспечивал Риму победы в войнах, а после покорения других народов даровал им мир под покровительством Рима. Поэтому он назывался не только Победителем и Хранителем Вселенной, но и Миротворцем.
Миротворчество сильно отличало Марса от вечно запятнанного чужой кровью неистового греческого Ареса, которому всегда были нужны войны, хотя и он, как Арес и сам принимал участие в сражениях, в которых его сопровождали Павор (Ужас, у греков Деймос) и Паллор (Страх, у греков Фобос), а также Виртус (Доблесть, у греков Арета) и Хонос (Честь). Первые наводили страх на врагов, вторые вдохновляли римлян на боевые подвиги ради отечества. Кроме их, неизменными спутниками Марса были также Мания (бешеное безумие, у греков Лисса) и возлюбленная дочь или сестра богиня неистовой войны Беллона (буйная война, у греков Энио). При этом, согласно Лактанцию, Беллону называли так же и Доблестью.
От Марса весталка Рея Сильвия родила легендарных основателей Рима близнецов Ромула и Рема. Поэтому как отец Ромула, Марс был божественным родоначальником и хранителем Рима. После смерти родоначальник Рима Ромул стал богом Квирином, двойником Марса.
Законной женой Марса была малозначительная богиня Нерио (Нериена, сила), которую иногда отождествляли и с Венерой, и с Минервой.
Рассказывают, что однажды Марс влюбился в Минерву и обратился к престарелой богине наступающего нового года Анне Перенне с просьбой выступить в роли свахи. Спустя некоторое время Анна Перенна сообщила ему, что Минерва согласна стать его женой. Когда же Марс отправился за невестой и поднял вуаль представленной ему в качестве невесты богини, то обнаружил, что перед ним не Минерва, а старуха Анна Перенна. Остальные боги долго потешались над этой шуткой.
Символом Марса Квиринуса было изобретенное им копьё (до него охотники и воины метали заостренное деревянное древко, Марс же придумал надевать на него металлический наконечник), хранившееся в жилище римского царя – регии. Там же находились двенадцать щитов, один из которых, по преданию, упал с неба во времена царя Нумы Помпилия, а потому считался залогом непобедимости римлян. Остальные одиннадцать щитов были изготовлены по приказу царя как точные копии упавшего с неба, чтобы враги не могли распознать и украсть подлинный. Отправляясь на войну, полководец приводил в движение копьё и щиты, взывая к Марсу; самопроизвольное движение считалось предзнаменованием страшных бед.
Священными животными Марса считались в первую очередь волк и дятел, некоторые к ним добавляли еще коня и быка.